Вы вошли как Гость | Группа "Гости"Приветствую Вас Гость

Ранетки | Лера | Главная | Новости | Музыка | Фотки | Видео |Форум | Развлечения| Гостевая| Регистрация|
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Книга Ранетки » Книга 2.Все только начинается!(Н. Зарочинцева) » Глава 3
Глава 3
Simraneto4kaДата: Суббота, 09.01.2010, 20:11 | Сообщение # 1
Администратор
Группа: Администраторы
Сообщений: 668
Награды: 5
Репутация: 1206
Статус: Offline
ГЛАВА III

Утром Аня вышла из ванной, предвкушая неприятный разговор с директором, и увидела маму, лежащую на диване,
— Мам, что с тобой? — взволнованно спросила девушка.
— Что-то мне нехорошо, — тихо ответила Ири¬на Петровна, приоткрывая глаза.
— Ты заболела?
— А как тут не заболеть? У меня стресс за стрессом, нервы ни к черту. С утра уже слабость, перед глазами звездочки, давление скачет... — Анина мама обхватила руками голову.
— Может, тебе к врачу сходить? Вдруг это серьезно? — испуганно произнесла Аня. — Тебя обследуют, лекарства пропишут.
— Ты же знаешь, как я врачей не люблю, — отмахнулась мама. — Хватит болтать, пойдем завтракать.
Ирина Петровна попыталась подняться, но у нее закружилась голова, и она снова опустилась на диван.
— Мам, ты лучше приляг, а я тебе чай принесу.
Когда Аня вошла в комнату с чашкой чая, мама
спала. Девушка заботливо поправила ей одеяло и стала собираться в школу.
Как только Андрей Васильевич ушел на рабо¬ту, Лера села за компьютер и проверила почту. «Электронная сваха» прислала анкеты трех женщин, подходящих по описанию. Псевдонимы у них были что надо: «Тихая гавань», «Палящее солнце» и «Японское цунами». Девушка решила начать с «гавани»: взяла телефон и набрала нуж¬ный номер.
— Добрый день, вас беспокоит личный секре¬тарь... — Лера судорожно пыталась вспомнить, какую кликуху придумала для отца, — «Шанхай¬ского барса»! Не могли бы мы на сегодня назна¬чить встречу с вами? Отлично, записываю.
Справившись с этим, Лера позвонила Наташе.
— Привет, Натах. Тебе что больше нравится: тихая гавань, палящее солнце или японское цу¬нами?
— Тихая гавань, а что? — Наташа только про¬снулась и не успела даже глаза открыть.
— Я тут отцу невесту подбираю. Как раз с «га¬вани» начала!
— Смотри, наподбираешься, будет не невеста для папы, а мачеха для Леры, — предупредила Наташа.
— Это не невеста, а отвлекающий маневр, — заверила Лера. — Надо же мне как-то от отца на каникулы отделаться. Я не пойму, мы с тобой едем в Питер или нет?
— Само собой. А папа твой кого из них выбрал? Ты фотки ему показывала?
— Ты что, он вообще не в курсе, — сообщила Лера, — его надо тепленьким брать, а то он ни на какие встречи не согласится — у него одна работа на уме. А я позвонила «Тихой гавани» и договори¬лась с ней сегодня встретиться. Сначала сама ее оценю!
— Ладно, в школе поговорим. Мне в дверь звонят.
Наташа открыла дверь, на пороге стоял курьер с посылкой. Расписавшись, девушка присела на кровать и развернула конверт. В нем были подар¬ки от Лагуткина из Германии: струны для гитары, диск «Швайген Зац» и открытка. Наташа прочи¬тала: «Надеюсь, тебе понравится. Очень хотел бы услышать, как ты играешь на гитаре. Твой папа».
Наташа схватила телефон, набрала Антону и дрожащим голосом сообщила новости:
— Привет, мне срочно надо с кем-то поделить¬ся! Лагуткин посылку прислал — струны класс¬ные! И написал, что хотел бы услышать, как я на гитаре играю.
— Здорово! — Антон протер глаза. — Придешь ко мне сегодня? Я тут озверел просто.
— Конечно приду! — радостно ответила Ната¬
ша. — У меня столько новостей. Мы вчера денег заработали и выкупили Женькин синтезатор. Короче, жди!
Петр Никанорович Кулемин возился на кухне с поломанным краном. Его друг Василий Данило¬вич стоял рядом и помогал советами:
— Не туда ты крутишь, Петь. Эх, вот и резьбу сорвал. Руки у тебя, извини за выражение, не из того места растут. Давай еще паклю, попробую что-нибудь придумать.
Кулемин, расстроенный и обессиленный, при¬сел на табуретку и вздохнул:
— Ничего я в этом не понимаю...
— Зато ты писатель хороший! — с увереннос¬тью заявила Лена.
— Как же, фантаст! — повеселел Петр Ни¬канорович. — Мне из издательства «Семафор» звонили, сказали, что роман будут печатать.
— Ну все, принимайте работу, — подал голос Василий Данилович. — Только кран все равно менять надо, тут простой заменой прокладки не
обойдешься.
— Покапотерпим, —махнул рукой Кулемин. — Садись, позавтракай с нами. Ленок, накладывай кашу! И кстати, в школе не забудь поблагодарить от меня учителя истории. Это с его легкой руки все дело в издательстве сдвинулось.
— Передам, если увижу. Он из школы ухо¬дит...
— Как же так? Почему? — удивился дед. — Та¬кой человек хороший, блестящий историк...
— Да это все из-за случая в музее, — объясни¬ла Лена, — там ковш пропал, а потом его у Ани Прокопьевой нашли. А Игорь Ильич считает, что это он во всем виноват.
— Аня — это девочка, которая у вас в группе стихи пишет? Не поверю, что она украла. Полная ерунда!
— Вот и я не верю, — грустно сказала Лена. — Но сегодня в школе педсовет будет, наш директор ставит вопрос о ее исключении.
— А вы что же? — возмутился Петр Никанорович. — Подругу надо защищать!
— Факт! За друга стой горой, — подтвердил Василий Данилович. — Ладно, пойду я термоклей заканчивать, пока химическая реакция не про¬шла. Спасибо за кашу!
Пока Кулемин провожал друга, Лена села за компьютер и открыла письмо от родителей. Они прислали музыкальную открытку для дочери — поздравление с днем рождения и подписали, что переслали деньги на счет.
— Супер! — обрадовалась Лена. — Гуляем, дед! А можно, я сегодня ребят из школы приглашу?
— Не возражаю. А чем гостей угощать бу¬дешь?
— Я в магазин после уроков сгоняю, приготов¬лю что-нибудь по-быстрому.
— Ладно, именинница, держи тебе от меня. — Кулемин протянул внучке золотые сережки в бархатной коробочке.
Лена взвизгнула и расцеловала деда.
Аня стояла в середине директорского кабинета, рядом с ней — ее отец. Савченко хмуро смотрел на девушку.
— Аня, ты можешь внятно объяснить, что с тобой вчера произошло? Зачем ты взяла этот
ковш?
— Я уже объясняла, — вздохнула Прокопьева. — Все произошло случайно: я взяла ковш, он сломался, я испугалась и сунула его в рюкзак.
— Вот видите, Михаил Алексеевич! — возму¬щенно сказал Шрек Аниному папе. — До реше¬ния педсовета я не допускаю Аню к посещению занятий в школе.
— Аня, подожди меня за дверью, — попросил папа и, подождав, пока дочь выйдет, обратился к директору: — Николай Павлович, вы же понима¬ете, что она не воровка!
— Я, конечно, все понимаю, но Аня недавно
пришла в нашу школу, а тут такое... Поставьте
себя на мое место! Так один украдет, второй —
и что будет со школой? Кого мы воспитаем?
Если я не буду реагировать на такие происшес-
твия, меня самого увольнять надо. И давайте закончим.
— Но Аня не хочет уходить из этой школы, — попытался объяснить Анин папа.
— Раньше надо было думать! —грозно ответил Савченко. — Я бы на вашем месте не терял време¬ни, а начал подыскивать новую школу.
— Ну что ж, вы правы, моей дочери и правда лучше перейти в другую школу. — Михаил Алек¬сеевич развернулся, вышел из кабинета и взял за руку Аню. — Пойдем домой, надо маме все рассказать. Не переживай, любая школа будет лучше этой.
— Знаешь, Шрек прав, — сказала Аня, когда они с папой вышли на улицу, — он ведь должен нас воспитывать. Только я не хочу в другую школу.
— Тогда переходи на домашнее обучение, — предложил Михаил Алексеевич. — Слушай, а как там мама? Как ее работа?
— Никак, дома сидит. У нее слабость все время и голова кружится.
— Нам всем надо серьезно поговорить, — ре¬шительным тоном заявил Анин папа.
Услышав историю о краже ковша, и без того бледная Ирина Петровна схватилась за голову:
— У меня просто нет слов! Я не понимаю, как
моя дочь могла совершить такое. И почему мне
ничего не сказала? К отцу побежала!
— Мам, я просто не хотела тебя волновать, — объяснила Аня, — ты же себя плохо чувствуешь.
— Вот если бы я пошла к директору, Аню на¬верняка оставили бы в школе, — вздохнула мама и посмотрела на мужа, — а может, и не оставили бы. Сейчас уже неважно...
У Ани зазвонил мобильный, в трубке послы¬шался голос Лены, пытающейся перекричать развеселившихся на перемене одноклассников:
— Анька, привет. Ты чего вечером делаешь?
Забегай ко мне день варенья отмечать — я ужецелый класс позвала.
Аня с опаской посмотрела на родителей:
— Ну, я подумаю. А не знаешь, у наших исто¬рия была?
— Не знаю, но Игорь Ильич здесь, он к Шреку пошел. Аня выключила телефон и стрелой понеслась в коридор.
— Ты куда? Мы же еще ничего не решили, — удивилась Анина мама.
— Мне в школу надо, я быстро! — прокричала на бегу девушка. — Там из-за меня хороший че¬ловек страдает, уволиться хочет. Родители, я вас люблю!
— Ничего не поняла, — сказала Ирина Пет¬ровна и снова посмотрела на Михаила Алексее¬вича. — Может, чаю?
Анин папа кивнул.
...Миша Семенов лежал на кровати и смотрел в потолок. Рядом разрывался от громкой музыки центр. В комнату вошла Мишина мама Лидия Семеновна и сделала звук потише.
— Соседи звонили, попросили потише сделать. Ты пойми: у них ведь маленький ребенок.
— Мне наплевать. — Семенов поднялся, опять включил музыку на полную громкость и лег об¬ратно.
— А ты почему в школу не собираешься? — по¬интересовалась мама. — Я завтрак тебе пригото¬вила.
— Завтрак не хочу, спасибо. И в школу я сегод¬ня не пойду — не хочу.
— Миша, ты уже не маленький мальчик. А если я не пойду на работу? Собирайся давай, не дури.
— Я не пойду, потому что подвел человека, сильно, — грустно сообщил Миша. — Девочку одну из нашего класса.
— Ну и бог с ней, с этой девочкой. Тебе еще рано о девочках думать.
— Да при чем здесь это? Она вообще меня бе¬сит. Просто я ее подвел, и все. И теперь ее из шко¬лы хотят исключить, понимаешь? Вместо меня.
— Батюшки, за что? — всплеснула руками Ли¬дия Семеновна.
— За воровство. Я ковш из музея взял, а Про¬копьева видела. Я думал, стуканет, а она хотела
меня прикрыть и попалась. — Семенов резко встал и начал одеваться. — Я пойду.
— Куда ты, Миша?
— На улицу. — Он взял рюкзак и выбежал из квартиры.
В школьной учительской собрался педсовет во главе с Савченко. Учителя так громко говорили, что директору пришлось постучать по столу.
— Дамы, соберитесь, на повестке дня сто¬ит серьезный вопрос. В школе, как всем уже
известно, произошло чепэ во время экскурсии десятых классов в Коломенское. Игорь Ильич, попросту говоря, не справился с ребятами, недосмотрел, в результате чего произошла кража. Ученица десятого «Б» Аня Прокопьева украла
экспонат. Я ставлю вопрос об отчислении Прокопьевой. Рассказову же объявить выговор, без занесения. Решайте!
— Это какая Прокопьева, которая стихи в му¬зыкальной группе пишет? — поинтересовалась Агнесса Юрьевна Круглова.
Игорь Ильич кивнул.
— А что за экспонат? — спросила Зоя Семе¬новна Кац.
— Братина-ковш.
— Странно, зачем он ей понадобился?
— Ас девочкой говорили? — подала голос Ка¬римова.
— А что с ней разговаривать! Прокопьева сама призналась, — заявила Борзова. — Мое мнение — она портит лицо нашей школы. А Рассказов педа¬гогически некомпетентен.
— Можно мне сказать? — попросил историк, устав от разборок. — Аня не виновата. Сделали это другие или другой. Но это ведь неважно!
— Неважно? — Борзова открыла рот от удив¬ления. — Вы издеваетесь над нами? Николай Павлович вызывает родителей, требует забрать документы, а тут вы с такими заявлениями?
— Игорь Ильич, почему вы раньше молчали? — Потрясенный Савченко начал шарить рукой по столу в поисках стакана с водой.
— Аня Прокопьева не виновата, — повторил Рассказов медленно, собираясь с духом. — Видимо, она таким образом пыталась защитить того, кого мы с вами и так заранее обвиняем. Смотритель в музее сказала, что видела в комнате с экспозицией мальчика... Судя по описанию, это был Семенов.
Игорь Ильич тяжело вздохнул.
— Так почему же вы молчали? — спросил Шрек.
— Я посчитал, что после того, как Аня попы¬талась его спасти, настоящий виновник должен был признаться сам.
— Мы сами во всем виноваты, — громко ска¬зала Кац. — Навешиваем на детей ярлыки, и они нас боятся. А им нужна помощь!
— Помощь нужна нам с вами, — с сарказмом
произнесла Борзова.
— Поэтому прошу вас, Николай Павлович, под¬писать мое заявление, — перебил ее историк, — признаю, что в педагогике я некомпетентен.
В эту секунду дверь учительской распахнулась, и на пороге возник запыхавшийся Семенов.
— Это я взял ложку, — мрачно произнес он.
Аня влетела в школу и помчалась в сторону учительской. На лестнице ее поймала Женя.
— Ты чего вернулась?
Аня не успела ответить, как рядом с ними воз¬ник грустный Семенов.
— Спасибо за вчера, не стоило, — тихо сказал
он. — Я сказал этим, что не ты украла. Так что
можешь идти, получать знания.
— Спасибо, а как же ты?
Миша пожал плечами.
— Ничего, девять классов есть, пойду в кол¬ледж, у меня там много друзей учится. — Онразвернулся и побрел по коридору.
— Женька, я должна рассказать, как все было. — Аня рванула с места.
— Я с тобой, я тоже видела. — Женя бросилась
за ней.
Когда девчонки забежали в учительскую, там уже никого не было, только уборщица тетя Лида поливала цветы. Аня помчалась в кабинет ди-
ректора, а Женя — к 10 «Б», который ждал урока алгебры.
— Ребята, Семенов случайно сломал ковш, а
его из школы выгоняют! — громко сказала Же¬ня. — Нужно ему помочь.
Ученики 10 «Б» вломились в кабинет дирек¬тора, где уже стояли Аня и Рассказов.
— Что это за толпа? — возмутился Савченко.
— Это у нас не толпа, Николай Павлович, а спасательная делегация, — разъяснил Южин.
— Так, и кого на этот раз спасаете?
— Семенова! — дружно ухнули ребята.
— Он в общем-то нормальный парень, я его с первого класса знаю, — заявила Полина Зелено-ва, — просто ему не везет. Хотите, я его лично на поруки возьму?
Савченко задумался, но было видно, что он уже не злится,
— Ладно, считайте, что на этот раз вашему Семенову повезло. Только теперь вы все за него отвечаете. И передайте ему, что завтра может приходить в школу, но пусть не думает, что ему все сойдет с рук. С завтрашнего дня он на неде¬лю поступает в распоряжение завхоза Елены Петровны. Она ему фронт работ очертит, пусть
потрудится на благо родной школы.
В дверь постучали, затем внутрь просунулась голова Лены Кулеминой.
— Меня ребята послали узнать, у нас история будет?
— Будет! — весело сказал Рассказов.
— Значит, вы остаетесь? — завопили ребята.
— Остаюсь. — Историк еле сдержал благодар¬ную улыбку.
— Вы очень хороший педагог, Игорь Ильич, — негромко произнесла Аня. — Просто с нами трудно!
Анин папа позвонил в дверь Лизы, ока открыла, обняла и поцеловала его.
— Чего стоишь как вкопанный, проходи.
Михаил Алексеевич замялся и нерешительно прошел в коридор. Лиза обеспокоенно заглянула в его лицо:
— Что то случилось?
— Нет, то есть да, — выдохнул Анин папа. — Сегодня я понял, что моя дочь значит для меня гораздо больше, чем я думал.
— Очень хорошо, что ты это осознал, — тихо сказала Лиза.
— Нет, ты не поняла. Аня ведь очень сильно обиделась, когда я ушел. Она даже перестала со мной разговаривать. Но потом у нее появились проблемы, и она поделилась со мной с первым. Доверилась...
— Девочки вообще обычно больше отцов лю¬бят, — улыбнулась Лиза.
— Возможно, — продолжал Михаил Алексее¬вич. — Я вдруг понял, что дочь — это часть меня. Я хочу быть в курсе ее жизни, ее проблем. Я ну¬жен ей, понимаешь?
— Ты хочешь вернуться в семью? — ледяным тоном спросила Лиза. — Что ж, дело твое.
Анин папа продолжал стоять в коридоре, ниче¬го не говоря.
— Ну, чего стоишь?
— Я так не хочу. Я хочу, чтобы ты поняла, — произнес он. — Я не могу без дочери.
— Так беги к ней! Только имей в виду, назад я тебя не приму. — Лиза развернулась и ушла в комнату, плотно закрыв за собой дверь.
Анин папа постоял немного и вышел из квар¬тиры.
Девчонки-«ранетки» сидели в школьной столо¬вой и уплетали обед.
— Вы к Кулеминой идете? — нарушила молча¬ние Лера. — Что дарить-то будем?
— Вот сидим думаем, — ответила Аня.
— Я всю голову сломала, — пожаловалась Ле¬ра. — Хотела что-нибудь из косметики, так она не красится. И потом... времени мало в магазин бежать.

— А может, подарить Лене новую песню? — предложила Аня.
— А инструменты?
— С собой принесем! Нам не привыкать.
— Я Лехе звякну, — заявила Лера, доставая из сумки мобильник, — он обычно нам помогал.
— Но у меня только стихи, — вздохнула Аня.
— А мелодию Наташка напишет, — заверила Лера.
— Эх, — вздохнула Женя, — а у меня сегодня этот репетитор дурацкий. Надо что-то приду¬мать.
— Хватит уже, напридумывалась, — серьезно сказала Аня. — Лучше позанимайся, а потом по¬проси нормально у родителей.
— Ой! — воскликнула Лера, глядя на часы. — Мне пора на встречу.
Лера влетела в кафе с небольшим опоздани¬ем, держа в руках фотографию «Тихой гавани». Женщина, которую Лера искала, сидела за одним из самых дальних столиков в углу и читала томик стихов. Девушка подошла и плюхнулась на стул напротив.
— Привет, что читаем?
«Тихая гавань» вздрогнула от неожиданности:
— Пушкина.
— Банально, ну да ладно, — махнула рукой Лера. — «Тихая гавань», если я не ошибаюсь?
— Ой, а вы «Шанхайский барс»?
— Допустим.
Женщина вскочила и принялась собирать вещи.
— Вечно мне не везет. В моей анкете, наверное, что-то напутали. Я пойду?
— Что вы! — остановила ее Лера. — Не волнуй¬тесь, все правильно. Я Валерия, для вас просто Лера.
— Галина, — протянула руку женщина, не пе¬реставая удивляться.
— «Шанхайский барс» — это мой папа, — по¬яснила Лера, — его срочно вызвали на работу — долг превыше всего, сами понимаете. Но мы с ним так близки, он мне доверяет, как себе. Так что можете считать, сейчас он с вами сидит.
— Ваш папа, да? — мечтательно произнесла Галина. — Чудно, и обожаю детей. Только вот своих пока нет.
— А как у вас с готовкой?
— Я готовила до язвы. Но я все помню: щи, ку¬лебяки, блины с икрой.
— А хобби? — продолжала опрос Лера. — Папа говорит, что человек обязательно должен чем-то увлекаться.
Галина улыбнулась и показала на томик.
— Я поэзию люблю; Пушкина, Блока. Зачиты¬ваюсь!
— Вот зачитываться не надо, — деловито пре¬дупредила девушка, — Папа считает, если сильно увлечься, происходит подмена действительной реальности иллюзорной.
— Вы себе даже не представляете, как прав ваш папа, — всплеснула руками Галина. — У нас тут случай на работе был презабавный — я в библиотеке работаю, — ходил к нам один мальчик, брал книжки почитать. Много брал, и все сплошь старые издания. Мы думали, что он самообразованием занимается, радовались всем коллективом, вы же знаете, какая это сейчас среди подростков редкость, книжки ему рари¬тетные из других библиотек доставали. А потом он как-то вдруг пропал. И оказалось, не поверите, что он специально раритетные издания собирал и куда-то там за большие деньги продавал.
— Извините, я на минуточку в дамскую ком¬нату. — Лера пулей вылетела из-за стола.
Через несколько минут она вернулась до¬вольная.
— Может, у вас еще какая-нибудь история есть? Вы так хорошо рассказываете.
— Лерочка, а ведь вы не первая, кто говорит, что я увлекательно рассказываю, — расплываясь в улыбке, сказала Галина. — Я даже, грешным делом, пописывать стала. Вот, послушайте, это из последнего: «Ночь. Заброшенный, заросший, заплеванный пруд. Торчит рука...»
От низкого, проникновенного голоса Галины у Леры мурашки побежали по спине, поэтому она с трудом скрыла радость, когда ее телефон нако¬нец-то зазвонил.
— Алло, кто это? Не может быть... Но я не могу,
у меня важная встреча. Ну... хорошо.
Лера с грустью посмотрела на Галину.
— Простите, но надо срочно бежать.
— А когда же мы встретимся с вашим папой?
— Не знаю, наверное, не скоро. Он все время занят, много работает. И поэзию не любит! — прокричала Лера, выбегая из кафе.
Лена с дедом, прогибаясь от тяжести, тащили из магазина пакеты с едой.
— Это ж сколько ты человек пригласила? — поинтересовался Кулемин.
— Где-то пятнадцать—двадцать, — осторожно сказала Лена.
— Матерь божья! — воскликнул дед, остано¬вившись.
В этот момент на горизонте замаячил физрук Степнов. Увидев Лену с дедом, он подбежал и поздоровался.
— Как вы хорошо питаетесь, — весело сказал Степнов, покосившись на пакеты.
— У Лены сегодня день рождения, она весь класс собрала, — пояснил Кулемин.
— Одну минутку. — Физрук забежал за угол и вернулся с огромной плиткой шоколада в руках, протянул ее Лене. — Поздравляю! Кушай на здо¬ровье. Может, вам помочь?
— Неудобно как-то, — замялась Лена.
— Не слушайте вы ее, — перебил дед. — По¬мочь-помочь.
Лифт в подъезде не работал уже несколько дней, так что Виктор Михайлович, отобравший все пакеты, обливаясь потом, поднялся по лест¬нице.
— Вот это я понимаю — учитель физкульту¬ры! — восхитился Кулемин.
Степнов сгрузил пакеты в углу и скривился в странной позе.
— Защемило! — сквозь зубы произнес он, дер¬жась рукой за спину.
— Идите за мной, у меня в комнате коврик, — позвал Петр Никанорович.
Степнов опустился на колени и пополз по кори¬дору. Лена еле сдерживала смех.
— Кулемина, тащи спирт! — крикнул дед из
комнаты.
Лена принесла бутылку перцовки и протянула деду:
— Вот все, что осталось. Остальное вы с Васи¬лием Даниловичем уже усугубили.
— Не наговаривай на родного деда, — грозно сказал Петр Никанорович, густо покраснев.
Он плеснул на руку перцовки и принялся рас¬тирать спину физруку.
Наташа сидела в палате у Антона вместе с Гу¬цулом и рассказывала о событиях прошедшего дня.
— В общем, Анька у нас теперь героиня.
— Да, весело у вас, — протянул Гуцул. — Лад¬но, Тоха, я пошел. Теперь тебя Наташа развлекать будет.
Он пожал Маркину руку и вышел.
— Наташ, а ты не знаешь. Гуцул встречается с Аней? — спросил вдруг Антон.
— Я что, слежу за ними? — возмутилась Ната¬ша. -- Так, видела вроде пару раз..
В это время Аня с пакетом апельсинов бродила вокруг больницы, заглядывая в окна и пытаясь понять, в какой из палат лежит Антон. Больше всего на свете ей хотелось зайти в подъезд и подняться по лестнице в палату к Маркину. Но Наташа, похоже, была еще там. Выйдя из больни¬цы, Гуцул заметил Аню, бродившую по дорожке, и подошел к ней.
— Девушка, мы с вами, случайно, незнакомы?
— Привет, Гуцул! — сказала Аня, явно не очень радуясь встрече.
— К Антохе пришла? Ждешь, когда Наташка уйдет? — догадался парень.
Аня покраснела от смущения.
— Нет, просто Леру жду мы договорились.
— А врать ты не умеешь, сразу краснеешь, — улыбнулся Гуцул. — Ладно, пока, как-нибудь еще встретимся.
Аня постояла немного, глядя вслед Гуцулу, по¬том решительно повернулась и пошла ко входу
в больницу. Уже почти взявшись за ручку двери Антоновой палаты, она услышала из-за двери веселый смех и тут же увидела маму Антона, идущую по коридору.
— Здравствуй, ты ведь Аня? — спросила жен¬щина ласково. — Что же ты не заходишь?
— Я тороплюсь и уже ухожу, — буркнула Аня, протягивая пакет с апельсинами, — вот. передай¬те, пожалуйста, Антону. До свидания.
Она быстро пошла по коридору, не огляды¬ваясь, и через несколько секунд была уже на улице.
Женя занималась английским с репетитором у себя дома. Вадим Вадимович нервно поглядывал на часы и теребил в руках мобильный телефон. Наконец он зазвонил.
— Вероника, я скоро буду, — ответил репе¬титор, расплываясь в улыбке. — I kiss you my
navely...
Женя открыла словарь, перевела сказанную репетитором фразу и хохотнула.
— Что смешного? — спросил Вадим Вадимо¬вич, убирая телефон в карман.
— Я теперь знаю, как будет по-английски пу¬пок — navel.
— Так, Евгения, — серьезным тоном сообщил репетитор, — посмотрите в оранжевом учебнике
грамматику и почитайте в новом второй текст, в следующий раз пересказ. Все, я побежал.
Вадим Вадимович скрылся за дверью, а Женя бросилась к зеркалу и наспех накрасилась. Выбе¬жав в коридор, она наткнулась на отца.
— Сто двадцать долларов, как с куста, — про¬ворчал он и, посмотрев на дочь, округлил глаза. — Это что такое? Ты на факультатив по алгебре
собралась или в кабак? Быстро в ванную!
Подъехав к дому Лены на Лехиной машине, девчонки выгрузили музыкальные инструменты и втащили на лестничную площадку. Дверь Ле¬ниной квартиры открыл Степнов.
— Новикова и Липатова, вы почему лыжи опять прогуляли? — шутливо спросил он.
— Это вообще какая квартира? — ошарашенно спросила Лера.
— Та самая, проходите!
— Надеюсь, директора школы тут нет? — опас¬ливо поинтересовалась Наташа.
Девчонки прошли в кухню, помогли Лене на¬резать салаты и накрыть на стол. Когда все гости расселись по местам, Платонов объявил:
— По персональному заказу и только сегодня на дне рождения Кулеминой играет легендарная группа «Ранетки».
Девчонки встали за инструменты и сыграли веселую песню про Лену и ее деда, которую
сочинили в этот же день. Когда они закончили, ребята засмеялись и зааплодировали, а Степнов засуетился на диване, пытаясь найти пульт от телевизора.
— Я буквально на полминутки включу, счет посмотреть. Сегодня моя любимая волейбольная команда в полуфинале играет, — объяснил он.
Но вместо счета все услышали совсем другие новости.
«Срочное сообщение из Нигерии, — объявил диктор, — группа неизвестных взорвала ворота в поселке российской нефтяной компании близ города Маидугури. Бандиты захватили пятерых российских граждан, среди заложников также находятся двое ученых-медиков. Они жили на территории поселка компании, оказывали медицинскую помощь сотрудникам и местным жителям».
На экране появились фотографии заложников, и Лена в ужасе закрыла лицо руками:
— Мама! Папа!
Праздник закончился...
По дороге домой, вытирая слезы, Аня позвони¬ла папе:
— Привет, пап. Ты где сейчас?
— В мастерской. Что-то случилось? Почему у тебя такой голос? — обеспокоенно спросил Ми¬хаил Алексеевич.
— У Лены Кулеминой родителей в заложники взяли, — разрыдалскгь в трубку Аня. — Пап, я так хочу, чтобы мы все были вместе: ты, я, мама... Всегда!
— Не плачь, слышишь! Я сейчас приеду, — по¬обещал Анин папа.
Аня медленно шла к дому и думала о том, что с родителями бывает очень сложно и порой хо¬чется скорее вырасти и жить без них. Но когда остаешься в одиночестве, понимаешь, что мир полон опасностей и только их любовь защищает тебя.

При копировании материала обязательна ссылка на наш сайт




 
Форум » Книга Ранетки » Книга 2.Все только начинается!(Н. Зарочинцева) » Глава 3
Страница 1 из 11
Поиск:

by Simraneto4ka 2009-2011