Вы вошли как Гость | Группа "Гости"Приветствую Вас Гость

Ранетки | Лера | Главная | Новости | Музыка | Фотки | Видео |Форум | Развлечения| Гостевая| Регистрация|
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Книга Ранетки » Книга 1 (Н.Зарочинцева ) » Глава 2
Глава 2
Simraneto4kaДата: Суббота, 09.01.2010, 19:46 | Сообщение # 1
Администратор
Группа: Администраторы
Сообщений: 668
Награды: 5
Репутация: 1206
Статус: Offline
ГЛАВА II

Аня проснулась от громких голосов: родители опять ссорились.
— Независимость, дорогой, это совсем не то, что ты думаешь. Независимость — это прежде всего ответственность, — на повышенных тонах говорила мама. — Ты должен выполнить требо¬вания заказчика. Сделай, в конце концов, как он хочет.
— Это мой проект, почему я должен его пор¬тить? — возражал папа.
— Потому что в случае расторжения договора по вине исполнителя аванс возвращается рабо¬тодателю!
— Там еще говорится про форс-мажорные об¬стоятельства.

— В России не бывает цунами, — холодно отре¬зала мама.
— Зачем цунами? Достаточно смерти исполни¬теля.
— Прекрати паясничать, я серьезно!
Лия посмотрела на часы; пора вставать. Она подождала, пока родители немного утихомирятся, и вышла в гостиную. Лапа сидел за столом и скептически разглядывал чертеж.
— Миша! Приступай немедленно, подумай о нас! — доносился из кухни строгий голос мамы.
— Па, а что такое независимость? — тихо спро¬сила Аня.
— Отсутствие контроля, — бросил папа в сто¬рону кухни.
Аня собрала рюкзак. Постояла в раздумье: брать с собой дневник или не брать? Потом рез¬ким движением засунула его в рюкзак — плевать, если кто прочитает. Она не должна зависеть от чужого мнения.
После завтрака Андрей Васильевич строго по¬вторил дочери:
— Чтобы я этого хмыря с тобой больше не ви¬дел. Как там его зовут?
— Пап, я взрослый, независимый человек, — пыталась оспорить Лера. — И зачем тебе его имя? Досье собираешь?
— Надо будет, соберу. И не пугай ежа голым задом. А насчет независимости — это ты сильно погорячилась.
— Кстати, у нас в школе рок-группу организова¬ли, — перевела Лера разговор. — Мы с Наташкой

хотим пойти. Так что после уроков у нас репети¬ция, сразу домой не получится.
— Что за рок-группа? Учти, я проверю.
— Можешь Шреку, нашему директору, позвонить. А после репетиции я к Наташке уроки
делать.
— У твоей подруги кредит доверия исчерпан. После репетиции чтобы была дома, — заявил отец. — А это Алексей. — Он кивнул на вошед¬шего в квартиру парня лет двадцати. — Он будет тебя сопровождать. Все, больше ни слова, а то вообще дома останешься!
По дороге в школу Лера завела разговор со сво¬им сопровождающим:
— Раз мы теперь такие близкие люди, расска¬жите о себе. Много вам за эту работу платят?
— Я на добровольных началах, — простодушно откровенничал Леха. — Слушатель третьего кур¬са Высшей школы права. Стажируюсь в отделе Андрея Васильевича по учебному плану, пристав¬лен для конвоирования Новиковой Валерии.
Неожиданно Лера бросилась бежать, Алексей рванул за ней, нагнал в переулке и прижал к стене.
— Проверка боевой готовности, — обреченно выдохнула Лера.
В учительской только и разговоров что о новом преподавателе. Здесь все с любопытством и не¬терпением ждали его появления.
- Наш дорогой директор мне и говорит: «В школе должны работать молодые, перспективные доктора наук!» А мы уже отстали от жизни, — жа¬ловалась коллегам математичка Борзова. — А я же двадцать девять лет в школе. У меня во-о-от такой стаж! Дверь открылась, и вошел директор Савченко.
— Все! Он едет! — выпалил Шрек. — Наш новый историк, Игорь Ильич Рассказов, мне позвонил и сказал, что едет. В смысле идет. С транспортом там что-то случилось...
— Вот вам и доктор наук, — ехидно произнесла Борзова.
— Доктор наук! — подтвердил Шрек. — У него пять статей в зарубежных журналах, он четыре языка знает.
— А он про детей-то знает? — возмутилась зам¬директора Копейкина.
В знак солидарности химичка Каримова пере¬стала подкрашиваться и неодобрительно устави¬лась на Савченко.
— Тут не степень нужна, а опыт, — нажимала Копейкина.
— Диссертацию сейчас можно купить в любом переходе, — вторила ей Борзова. — А опыт нигде не купишь.
— Да вы не понимаете, леди, — отбивался ди¬ректор, — касательно нового историка мне из министерства звонили! Продвигают молодых и перспективных, идут в ногу со временем. Гран¬ты, обмен опытом... Вон в сорок пятой школе два класса в Англию съездили на месяц! — Директор многозначительно погрозил пальцем. — У кого там первый урок истории? У 10 «Б»? Пойдемте предупредим, что у них новый учитель.
Аня вошла в кабинет истории и первым делом отыскала взглядом Женю. Та сидела в самом кон¬це класса, всячески демонстрируя, что не имеет и не желает иметь с Аней никаких отношений. Жаль, дружба оказалась недолгой...
Аня села на свободное место. Семенов, заметив ее появление, метнулся за учительский стол.
— Урок истории отменяется, — громко сказал он. — Уроки полового просвещения ведет про¬фессор Семенов. Прокопьева, к доске!
Аня сделала вид, что не слышала. Семенов нарисовал на доске рот и повернулся к Жене.
— Алехина, а что, группа «Тату» распалась? Обнародуй причины распада-полураспада!
Аня не выдержала:
— Семенов, пошляк, свой дешевый авторитет в другом месте зарабатывай. И прыщи вылечи! — бросила она и направилась вон из класса.
Семенов опередил ее: запер дверь на швабру, грозно встал перед Аней.
— А ну извинись, Прокопьева!
— Ты нашего Мишаню не обижай! — пригро¬зила Рита Лужина.
— А тебя не спрашивали! — огрызнулась Аня.
— Эй, девочка, ты вообще из какой дыры при¬ехала? — подала голос Полина Зеленова.
— Я из Екатеринбурга, — завелась Аня. — И ес¬ли ты не знаешь, где это, то, значит, дыра — тут, у вас...
— Ты не хами! — взорвалась Зеленова. — Ты должна попросить прощения.
Директор Николай Павлович и его заместитель Елизавета Матвеевна Копейкина подергали дверь кабинета истории и с удивлением обнаружили, что она заперта.
— Что такое? Где ученики? — строго вопрошал Савченко.
Копейкина плечами пожала.
— Только что были здесь — я мимо проходил! — сообщил подоспевший физрук Степнов.
В кабинете все затаились.
— Сматываемся, как будто нас тут не было, — прошипел Семенов.
Он подошел к окну и беззвучно открыл створ¬ки.
Аня не отступала от двери.
- Все должны уйти. Ты слышишь, Прокопьева? — пригрозила Полина.
Словно в ответ, Аня громко крикнула:
— Николай Петрович, мы здесь! Тут швабра в двери застряла!
— Какая швабра? Кто это? — послышался го¬лос Савченко.
— Стукачка, — сквозь зубы проговорила Зеленова и направилась к окну.
Кабинет историй располагался на первом эта¬же, поэтому уже через несколько минут на улице был весь 10 «Б». Правда, беглецов очень скоро засекли. Охранник дядя Петя и завхоз Елена Петровна как раз в это время тащили со склада инвентарь для уборки. Пока дядя Петя из-за угла следил за классом, завхоз разыскала Савченко.
— Николай Петрович! Там из окна дети лезут! Простудятся же или вообще убьются!
— Из какого окна?
— Из этого! — Завхоз показала рукой на дверь запертого кабинета.
Директор и сопровождающие его лица настиг¬ли беглецов прямо за окном.
— Все собрались? - Савченко грозно посмот¬рел на растерянных десятиклассников. - Семе¬нов!..
— Что я-то? —возмутился Миша. — Там дверь захлопнулась.
— Я — старый альпинист, сейчас открою дверь изнутри. — Степнов подтянулся на руках и ловко нырнул в распахнутое окно.
В кабинете за партой одиноко сидела Аня.
— Прокопьева, ты здесь? — оторопел физрук.
— Здесь, — нахмурилась девушка.
Степнов вытащил швабру и распахнул дверь. В кабинет вошел молодой человек в очках, спор¬тивной куртке и с плеером, за ним — весь 10 «Б». Замыкал шествие сам директор.
— Это ты закрыла дверь на швабру? — Шрек строго посмотрел на Аню.
— Я не идиотка.
— А кто тогда этот идиот?
Класс молчал.
— Ясно, разберемся, — пообещал директор. — Позвольте представить — ваш новый учитель истории Игорь Ильич Рассказов. Доктор наук, между прочим! — Савченко уважительно оглядел очкарика.
Прозвенел звонок на перемену, но ученики бо¬ялись встать. В классе стояла гробовая тишина, было слышно даже, как скрипят половицы под ногами директора.
— Ничего не скажешь, плодотворно урок про¬шел, — подытожил Шрек. — За урок всем двой¬ки, кроме Прокопьевой. А ты, Семенов, завтра с матерью придешь! Пойдемте, Игорь Ильич, я вас с коллегами познакомлю...
Учителя вышли из кабинета, и Семенов наки¬нулся на Аню:
— Это все из-за тебя!
— Я никого не сдавала. Это ты — трус, раз не можешь отвечать за свои поступки, — буркнула Аня.
— Предлагаю объявить Прокопьевой бойкот! — звонко сказала Зеленова.
Весь 10 «Б» поднялся и молча покинул класс, задержалась только Женя.
— Ты чего тормозишь? — Аня с укором смотре¬ла на бывшую подругу. — Беги догоняй!
— Аня, ты сама виновата. Нечего нарываться... — Женя взяла рюкзак и вышла.
Савченко и Рассказов шли по коридору. Дирек¬тор всячески пытался скрасить первое впечатле¬ние от школы:
— Вы не пугайтесь, Игорь Ильич, они в общем-то хорошие ребята — возраст такой... — И Шрек ввел нового педагога в учительскую.
Здесь были почти все.
— Это Людмила Федоровна Борзова, учитель математики. Это Ирина Ренатовна Каримова — химия. Зоя Семеновна Кац — биология... — пред¬ставлял Шрек каждого, — Виктор Михайлович Степнов — физическая культура и ОБЖ. Агнес¬са Юрьевна Круглова — педагог по музыке...
А вы, Игорь Ильич, музыку любите? — поин¬тересовалась Круглова.
— Люблю, — охотно отозвался Рассказов, — особенно рок. Даже сам играл на барабане на дискотеках города Новосибирска.
— Как вы вовремя! — воскликнул Савченко. — Мы тут в школе рок-группу организовываем, концерт готовим. Как раз поможете! Аня стояла возле доски с объявлением о наборе в группу. Неожиданно рядом возник Антон.
— Хочешь записаться?
— Я плохо играю, — сказала Аня. — Три аккорда...
— Ну так все равно иди! — настаивал Антон. — Выучишь еще три. Надо пробовать, расшибаться и опять пробовать.

— Слушай, а что ты на меня давишь? Я сама решу! — вспылила Аня.
— А ты упрямая.
— Независимая! — Она отошла в сторону и тут же пожалела о том, что сказала.
Похоже, Антон обиделся. По крайней мере, он отвернулся и пошел в другую сторону. Увидев Наташу, Антон догнал ее и схватил за руку. Аня с грустью наблюдала за ним.
— Слушай, Натах... У меня к тебе дело на мил¬лион. Приходи сегодня к нам на тренировку, поснимаешь. Мы с Гуцулом будем новые трюки делать — надо запечатлеть...
Но тут подлетела Лера и, оттесняя Антона, по¬тащила Наташу за собой.
— Маркин, ты опять?.. С детского сада прохода не даешь.
— Лер, а тебе обидно до сих пор, что нас с Натахой моя мама забирала, а тебя на ночь остав¬ляли? — миролюбиво пошутил Антон. —Ладно, дело серьезное. Придете?
— Маркин, у нас репетиция, — нетерпеливо отмахнулась Лера и зашептала подруге:
— Пош¬ли, разговор есть.
— Антон, я приду, но позже, — уходя, пообеща¬ла Наташа.
Наконец-то уединившись, Лера смогла сооб¬щить главное:
— Я решила уйти из дома.
Наташа округлила глаза.
— Отец сказал, что, если еще раз увидит меня с Егором, ему не поздоровится. Еще и «хвост» ко мне приставил. — Лера показала за окно: во дворе школы прыгал с ноги на ногу, чтобы не замер¬знуть, стажер Леха. — Посмотри, рожа — будто ластиком прошлись. Хочу жить у Егора.
— А он знает, что ты к нему переезжаешь?
— Нет, я ему сюрприз устрою. А что? У Егора прекрасная квартира, он летом сделал ремонт — мы вместе обои выбирали. У нас серьезные отно¬шения, я его очень люблю и доверяю. Знаешь, я даже рада, что отец все узнал.
— Милиционера с собой возьмешь? — усмех¬нулась Наташа.
— Нет, зачем нам милиционер? Милиционер нам не нужен. Начинаем операцию «Побег из курятника». В спортзале есть запасный выход, так что бежим записываться в ансамбль песни и пляски имени Н.П. Савченко, он же Шрек. Пока ты будешь всех удивлять своими талантами, я смоюсь.
— Новикова, ты больная... — Наташа развела руками. — Меня твой папа когда-нибудь застре¬лит. И правильно сделает.
В спортзале Степнов показывал Рассказову му¬зыкальные инструменты, подаренные школе.
— А кто в команде? — поинтересовался исто¬рик.
— Первая и пока единственная, — кивнул Виктор Михайлович в сторону Лены, которая от¬рабатывала очередной бросок мяча. — Кулемина, иди сюда, бери гитару.
— Знаешь, что такое бас-гитара? — спросил Рассказов, заметив, что Лена как-то растерянно мнется.
— Нет.
— Это скрытый смысл композиции. То, что оп¬ределяет все. Низкие частоты обладают наиболь¬шей убедительностью.
— Типа, я главная? — обрадовалась Лена.
— А в баскетболе главные есть?
— Нападающий... Хотя нет, все главные.
— Ну вот. Музыка — тот же баскетбол, — по¬дытожил Игорь Ильич.
В зал вошли Лера и Наташа.
— Нагрузили вас факультативчиком? — Лера улыбнулась Рассказову и протянула руку. — Ле¬ра, очень приятно. Вы в группу еще принимае¬те? Вот, Наташа хочет записаться. Она спец по гитаре.
Наташа взяла гитару и сыграла небольшой от¬рывок. Историк повернулся к Лере:
— А ты на чем играешь?
— А я просто поглазеть, — ляпнула девушка, но, увидев вытянувшиеся лица Степнова и Наташи, исправилась: — Поучиться то есть.

— Чему, Новикова? — поинтересовался физ¬рук.
— Мне по барабану.
— Тогда садись за барабаны, — предложил Рас¬сказов.
Лера села, взяла палочки и выдала такую неме¬лодичную, но оглушительную дробь, что у всех заложило уши.
— Не все так плохо, у девочки есть потенциал. —
11горь Ильич отобрал у Леры палочки и показал,
как нужно отбивать ритм.
— Девчачья группа, отлично! — с сарказмом 11 роизнес Степнов. — Только этого мне не хватало. Вот, девочки, ознакомьтесь с вашим репертуаром, утвержденным руководством. — Он протянул девчонкам смятый листок с весьма странными стихами.
— «Передо мною доска, умчалась прочь грусть-тоска»? Чудненько, — скривилась Лера.
— Ладно, попробую что-нибудь придумать! — Степнов забрал листок. — Жду всех после уроков на репетицию.
В 10 «Б» шел урок ОБЖ. Степнов, прохажива¬ясь по классу, излагал задание:
— Итак... Вы на берегу реки, перед вами безды¬ханное тело. Вы только что совершили подвиг — вытащили человека из воды. Ваши дальнейшие действия?
— В МЧС звонить. Товарищу Шойгу, — подал голос Семенов.
Класс прыснул от смеха.
— Шойгу далеко, вокруг непроходимая чаща. Мобильник был в кармане и промок. Перед вами тело...
— Обратно в реку его! — не унимался Мишаня.

— Семенов, цинизм наказуем. — Виктор Ми¬хайлович показал на учительский стол: — По¬прошу сюда, ты и будешь тем самым телом.
Семенов улегся на стол, и Степнов продолжил урок.
— Нужно очистить дыхательные пути от слизи. Если челюсти сжаты, раздвинуть их, например, с помощью ложки. Зеленова, возьми ложку и по¬дойди к Семенову!
Полина подошла и, взяв ложку, поднесла ее ко рту Семенова. Мишаня изобразил приступ рвоты.
— Отставить рвоту, — скомандовал Виктор Михайлович, — тут дамы. Будем считать, что дыхательные пути самопроизвольно очистились. Второе — надо сделать массаж сердца. Южин, ты у нас штангист — это работа для тебя, Кладешь
руки на грудную клетку...
Южин положил — Семенов задергался. Южин с силой надавил ему на грудь — Миша пнул од¬ноклассника... И завязалась потасовка. Степнов с трудом оттащил Южина от «бездыханного тела».
— А вот теперь нужно сделать искусственное дыхание. — Виктор Михайлович взял учебник и начал зачитывать: — «Оказывающий помощь вдувает ртом воздух непосредственно в рот пост¬радавшего...» И ничего смешного!
Аня сидела на последней парте и писала стихи. «Она одна, как так получилось? Она одна, она в него влюбилась...»
— Прокопьева! — гаркнул Степнов. — Повтори последовательность спасдействий. Что ты там делаешь?
Семенов, возвращаясь за парту, выхватил у Ани исписанный листок и, крепко скомкав, пуль¬нул в Лужину. Рита перебросила Зеленовой. Аня бегала между рядами, пытаясь отобрать листок. Наконец учитель перехватил трофей.
— А ну отставить! — прикрикнул Степнов на учеников. И с удивлением прочел короткие стро¬ки. — Твои стихи?
— Мои... — ответила Аня, не понимая, хорошо это или плохо.
— А вот это сможешь чуток изменить?.. — во¬одушевился Виктор Михайлович, извлек из кар¬мана текст песни и сунул Ане. — Только общий смысл надо оставить. Иди вот в коридор... Или лучше даже в буфет. Короче, где тебе будет удоб¬но. После урока принесешь мне в спортзал.
Девочки готовились к первой репетиции в спортзале. Лера сразу направилась к запасному выходу и, подергав дверь, обнаружила, что она закрыта.
— Новикова, ты что там делаешь? Запасный выход заколочен, — сказал Степнов.
Лера обреченно посмотрела на Наташу, подо¬шла к барабанной установке и оглушительно застучала палочками по барабанам. Все заткнули уши. Рассказов взял палочки и терпеливо растол¬ковал, что нужно делать барабанщику. Девушка попробовала еще раз — и вышло совсем неплохо.
— Получается! — заликовал Степнов.
У входа появилась Аня.
— Виктор Михайлович, я стихи принесла. — Она отдала физруку листок.
Степнов прочитал вслух:
— «Алиса не ходит в школу, Алиса любит спать. На это всем знакомым давно уж наплевать. Бай-бай, Алиса, бай-бай-бай-бай. Не ходишь в школу, значит, засыпай». Вполне живенько! — Виктор Михайлович оглядел девушек. — Хотя комиссия
может вздрогнуть...
— Аня, а ты на чем-нибудь играешь? — поинте¬ресовался Рассказов.
— Немного на гитаре.
— А поешь?
— И пою...
— Ну-ка покажи.
Аня взяла в руки гитару, заиграла и запела так громко, как только могла.
— По-моему, она больная, — заявила Лера.
— А мне нравится, — улыбнулась Лена. — Да¬вайте ее возьмем!
Девчонки сели за инструменты и попытались вместе исполнить песню.
— Как думаешь, сыграются? — тихо спросил физрук.
— И мишки ездят на велосипедах, — обнаде¬жил его историк. — Жалко только, клавишных нет...
Лера отвела Наташу в сторону.
— Натаха, что делать? Запасный выход забит, а Леха — мой охранник — сидит там с дядей Петей чаи гоняет.
— Облом, — развела руками Наташа. — Опера¬ция «Побег из курятника» отменяется.
— Послушай, а у тебя ведь пальто с капюшо¬ном? — с горящими глазами спросила Лера.
Через пять минут девушки гурьбой вышли из спортзала и спустились на первый этаж. Стажер Леха опознал в группе Леру, догнал ее, тронул за плечо и... обомлел. Это оказалась Наташа.
— Ой, ошибся, простите. Вы же с репетиции... А где Лера Новикова?
— А она только что ушла, — удивленно сказала Аня.
Леха выскочил на улицу.
Во дворе школы девчонки стали прощаться. Наташе и Ане было по пути. Дорогой они разго¬ворились. Как тебе наша учебка? — спросила Наташа.
Нормально. Школа как школа. Только в клас¬се не очень — мне сегодня бойкот объявили из-за Семенова с Зеленовой.
— Не переживай. Хочешь, пойдем на трениров¬
ку скейтеров? Там будет Антон Маркин из нашей
школы.
— Давай! — Аня еле сдержала счастливую улыбку. Мечты начинали сбываться...
К дому Егора Лера буквально летела. Как здо¬рово, что ей пришло в голову махнуться с Ната¬шей одеждой! Сейчас она окажется в объятиях любимого...
У подъезда стояла машина Егора. Лера ус¬тремилась к ней, но вовремя затормозила: из машины вышли Егор, молодая женщина и двое детей.
— Пап, пап... — тянул Егора за пальто малыш.
Но Егор замешкался возле машины. Когда жен¬щина с детьми скрылись в подъезде, Лера кину¬лась к любимому. Тот заулыбался ей навстречу:
— Привет, котенок...
— Сволочь, урод, скотина! — обрушилась она на него с кулаками.
— Успокойся, идиотка, — изменившись в лице, сквозь зубы процедил Егор. — Я тебе все объяс¬ню.
— Да пошел ты! — Лера вырвалась из его рук и, еле сдерживая слезы, побежала по улице.
Дома, спешно переодеваясь перед трениров¬кой скейтеров, Аня думала лишь о предстоящей
встрече с Антоном. За стеной привычно ссорились родители.
— Как ты не понимаешь, что нам нужно выжи¬нать! — кричала мама.
— Халтура меня убивает! — отвечал папа. Заказчик требует невозможного, я послал его к черту!..
Громко хлопнула входная дверь, и в комнате стихло.
Оказавшись на улице, Михаил Алексеевич уныло побрел куда глаза глядят. Он вышел к ста¬ринному зданию. Это был театр. Залюбовавшись редкостным строением, он невольно восклик¬нул:
— Вот это работа!
— Простите, вы мне?.. — неожиданно услышал он и обернулся.
Возле афиши стояла симпатичная, стройная женщина лет тридцати с большим бумажным пакетом в руках.
— Нет... но посмотрите, какие линии, какие детали — ничего лишнего. Раньше работа ар¬хитектора действительно была творческой. А сейчас? Сплошная коммерция! — От избытка чувств Михаил Алексеевич начал размахивать руками.
— Простите, мне надо идти, — настороженно произнесла женщина, отодвигаясь от него.
— Постойте! — Михаил Алексеевич порывисто схватил ее за локоть, отчего бумажный пакет вы¬рвался и упал на землю.
Что-то звякнуло внутри пакета, женщина ахну¬ла и, присев, вытащила осколки керамического горшка и то, что осталось от цветка. Похоже, она была готова разрыдаться.
— Извините, ради бога. Я не хотел...
— Оставьте меня в покое, — оборвала жен¬щина его повинную речь. Она подошла к бли¬жайшей урне и выбросила пакет со всем содер¬жимым.
— Мне так неудобно, давайте я куплю вам та¬кой же цветок. — Михаил Алексеевич шел за ней как привязанный.
— Это очень редкое растение, в обычных мага¬зинах его не купишь. Давайте вы просто исчезне¬те, и я подумаю, что вы мне приснились, — броси¬ла в ответ женщина, развернулась и решительно зашагала прочь.
Михаил Алексеевич, потоптавшись, пошел сле¬дом. Женщина скрылась в парикмахерской — он за ней.
— Мужчина!.. — остановила его администра¬тор. — Вам подстричься?
— Да, пожалуй.
— К какому мастеру?
— Вон к тому, — кивнул он на женщину, за ко¬торой шел.

— У Лизы на сегодня полная запись. Можно только завтра, в восемь вечера. Устроит?
— Устроит.
Наташа и Аня стояли на площадке в скейтклубе. Наташа фотографировала Антона, который показывал сложные трюки, прыгал и перевора¬чивался в воздухе вместе с доской.
— Классные фотки! — восхищалась Аня, про¬сматривая кадры. — А зачем они им?
— В Интернете выкладывают, — ответила Наташа. — И собирают что-то вроде портфолио для спонсоров. Спонсоры ведь в современном мире — вещь необходимая. Могут и поездки на соревнования оплатить, и экипировку со скидкой выбить. Они ищут лучших, чтобы те продвигали их бизнес.
К девушкам подкатил на скейте друг Антона.
— Привет, девчонки! — Он поцеловал Наташу в щеку и посмотрел на Аню. — Ты чего такая скромная? Как тебя зовут?
— Аня.
— А я Гуцул. Покажите фотки-то! Во Антоха мочит!
К компании подъехал уставший Антон, ему тоже было интересно посмотреть на фото.
— Не хочешь попробовать? — неожиданно спросил он Аню.
— Давай... Уцепившись за Антона, Аня встала на доску и попыталась поехать. Но не удержалась и упала бы, если б парень вовремя не подхватил ее.
— Ладно, по домам пора, — объявила Наташа.
— Придешь еще? — спросил Гуцул у Ани.
— Если позовете, — ответила девушка.
Лена сидела в своей комнате за компьютером и читала письмо от родителей: «Ленок, привет! Сегодня от тебя еще ничего не было. Как у вас дела, как дед? Дописал роман? У нас с папой все нормально, работаем. Скучаем ужасно. Высылаю наши фотографии, чтобы ты не забыла, как вы¬глядят твои родители, а ты пришли ваши. Очень хочется к вам, домой, в Москву. Ленусь, папину зарплату перешлем в этом месяце немного позже. Дедовой пенсии на пару недель должно хватить... Целую тебя. Мама и папа».
Лена встала и пошла в большую комнату, где за столом сидел дед и увлеченно стучал по кла¬вишам печатной машинки. Закончив строку, он сунул внучке листок с заданием.
— Глянь в Интернете Третий крестовый поход и дату женитьбы Филиппа Красивого.
— Мама письмо прислала. — Лена шмыгнула носом. — У них все нормально, только скучают очень...
Петр Никанорович оторвался от рукописи и взглянул на Лену.

— Ну что ты! — Дед обнял внучку. — Ты должна гордиться своими родителями. Они служат хоро¬шему делу: людей лечат, с эпидемиями борются. Народу Нигерии нужна помощь моего сына и его жены, твоей мамы.
— Дед, только им зарплату опять задержали. Придется тебе идти пенсию снимать.
— Ничего, Ленок, у меня еще и заначка име¬ется. А потом, глядишь, закончу роман, отнесу в издательство, загуляем!
Лена вздохнула, поцеловала деда в макушку и ушла в свою комнату.
Женя взяла телефонную трубку и набрала но¬мер Лужиной,
— Рит, это Женя. Слушай, а может, Аня Прокопьева не виновата? Зачем мы ей бойкот объ¬явили?
— Алехина, я в ванной, — отрезала Рита и бро¬сила трубку.
Женя вздохнула и вошла в кухню, где ее мама лепила пирожки и параллельно смотрела очеред¬ной бразильский сериал.
— Как успехи? — поинтересовалась мама.
— Два. По истории.
— Женя, да ты что? — Мама всплеснула рука¬ми. — За что у тебя два?
— С урока ушли.
— Ты что, с ума сошла? Ты же знаешь, как это важно. Знаешь, как сложно сейчас поступить
в институт. Папа целыми днями работает, а ты такое выдаешь...
— Я еще ничего не выдаю, — заверила Женя. — Ты не знаешь, что другие девочки делают.
— Меня другие девочки не интересуют. Меня интересует моя дочь.
— Ну да... — разозлилась Женя. — Что за сте¬нами этой квартиры, тебя не волнует, да? Тебя ин¬тересует, что я получила. А какой я человек — все равно! А может, ваша дочь... подлецом растет!
— Подлецом? — Мама округлила глаза. — Ты куришь???
— Ма-ама... — Женя встала и вышла из кухни.
Наташа собиралась ужинать, когда в дверь по¬звонили. На пороге, дрожа от холода, стояла вся зареванная Лера.
— Лер, ты чего?
— У него жена и двое детей.
— Я так и знала... — мрачно произнесла На¬таша.
— Лера, — послышался из кухни голос Наташиной мамы, — заходи, ужинать будем!
— Я думала, у нас все по-настоящему, — про¬должала Лера, проходя в комнату.
— Вот гад! Но ты не расстраивайся, — утешала подругу Наташа, — первая любовь в девяносто девяти случаях из ста несчастная.
— Откуда ты это знаешь?
— В «Энциклопедии молодой женщины» написано!
Сокровенные перешептывания девчонок нару¬шила Наташина мама. Она заглянула в комнату перепуганная и растерянная:
— Лера, там за тобой милиция...
— Да вы не волнуйтесь так... — забубнил в прихожей Леха, успокаивая женщину. — Я по поручению подполковника Новикова. Он просил за дочкой заехать.
— Да-да, понимаю, на детей нам всем не хватает времени, — покачала головой Наташина мама.
На улице Лера поинтересовалась у Лехи:
— А ты и завтра за мной шпионить будешь?
— Нет, хорошенького понемножку. Мы с Анд¬реем Васильевичем только на один день догова¬ривались. Слушай, не говори только никому, что я тебя упустил.
— Договорились. Только и ты меня отцу не сда¬вай.
— Заметано.
Вернувшись домой, Аня застала папу за черте¬жами.
— Все-таки переделываешь? Сдался, значит... — посочувствовала она.
— Осознал необходимость, — вздохнул папа.
— А мне сегодня бойкот объявили.

— За что?
— За независимость. Только маме не говори. Я же имею право на свое мнение?
— Конечно, имеешь, — заверил Михаил Алексеевич. — Но если свое мнение выражать в
грубой и категоричной форме, то можно вызвать злость и протест. Вот мама на нас кричит, и мы злимся. А ведь по сути она права...Да, выходит, иногда нужно промолчать.
— А как же независимость? Я не хочу, как Женька Алехина, всем угождать.
— Истинная независимость в том, чтобы це¬нить независимость каждого, уважать свободу другого.
— Я-то чужую свободу уважаю, а мою никто?
— Тебе только так кажется, — папа обнял Аню. — Начни с себя и увидишь.

При копировании материала обязательна ссылка на наш сайт




 
Форум » Книга Ранетки » Книга 1 (Н.Зарочинцева ) » Глава 2
Страница 1 из 11
Поиск:

by Simraneto4ka 2009-2011