Вы вошли как Гость | Группа "Гости"Приветствую Вас Гость

Ранетки | Лера | Главная | Новости | Музыка | Фотки | Видео |Форум | Развлечения| Гостевая| Регистрация|
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Книга Ранетки » Книга 2.Все только начинается!(Н. Зарочинцева) » Глава 1
Глава 1
Simraneto4kaДата: Суббота, 09.01.2010, 20:09 | Сообщение # 1
Администратор
Группа: Администраторы
Сообщений: 668
Награды: 5
Репутация: 1206
Статус: Offline
ГЛАВА I

Аня перевернулась во сне, сладко потянулась и, приоткрыв глаза, вздрогнула от неожиданности: на краю кровати сидела мама,
— Фу-ты, напугала, — облегченно выдохнула девушка. — Ты чего?
— Да тоскливо как-то, — упавшим голосом произнесла Ирина Петровна.
Аня приподнялась и обняла маму:
— Не грусти, все будет хорошо.
— И правда — хуже некуда, — с сарказмом ответила та. — Ладно, вставай. А то в школу опоздаешь.
Выходя из комнаты, мама Ани споткнулась о лежавший на полу рюкзак и в сердцах пнула его ногой.
— Что за бардак у тебя опять? Вся в папашу.
Аня скорбно закатила глаза. В ее жизни тоже
не все было гладко, но кого это волновало? Вот Антон упал на соревнованиях. Хорошо хоть, ничего серьезного — жить будет. Но пока он в боль¬нице и наверняка с ним постоянно Наташа...
Аня села за стол и, нехотя запихивая в рот завт¬рак, задумалась.
— Мам, а что делать, если нравится парень, а он дружит с другой девочкой?
— Выбросить его из головы, — кинула Ирина Петровна. — И вообще тебе еще рано думать о таких глупостях. Что ты мусолишь кашу? Не нра¬вится — не ешь!
Анина мама начала нервно убирать со стола посуду, на ее глазах выступили слезы.
— Мам, ну чего ты? — Аня прижалась к матери.
— Не обращай внимания, я просто устала. Скажи папе, пусть возвращается...
— Правда? — Аня не поверила своему счас¬тью. — А ты простишь его?
— Да что ты понимаешь, — отмахнулась ма¬ма. — Ты меня еще жизни поучи.
— Ты вот взрослая, а ведешь себя, как ребе¬нок, — Аня развела руками, — то выгоняешь папу, то вернуть его хочешь. Ты же сама довела его своим вечным недовольством, придиралась к нему по любому поводу.
— Значит, я во всем виновата? Мама плохая у тебя?! — Ирина Петровна залилась слезами.
— Ну мамочка, ты хорошая, я тебя очень люблю. Не плачь, пожалуйста. — Аня пыталась
утешить маму. — Хочешь, я папе прямо сейчас позвоню?
— Не надо. — Анина мама вытерла слезы. — Я хочу, чтобы ты вообще перестала с ним об¬щаться.
— Как это? — Аня непонимающе посмотрела на Ирину Петровну.
— Вот так. Сама не звони и на его звонки не отвечай. Пусть поймет, какую боль он нам причи¬нил. А если не поймет, значит, мы ему не нужны.
— Хорошо. — Аня вздохнула. — Я сделаю, как ты хочешь.
Лера копалась в холодильнике, выискивая, чем бы позавтракать, когда к ней тихо подошел папа.
— Привет!
От неожиданности девушка вздрогнула:
— Папа?! Ты меня напугал. Ты откуда взялся?
— Со службы, вестимо.
— Нуты совсем заработался, — покачала голо¬вой Лера, — вторую ночь уже там торчишь. Так скоро сгоришь на своей работе...
— Не дождутся! — Андрей Васильевич погро¬зил кулаком. — Твой папка еще ого-го, многим молодым фору даст.
— А здоровье? Кто меня будет воспитывать, если ты вдруг коньки отбросишь? Ты хоть пом¬нишь, когда последний раз в отпуске был?
Лерин папа задумчиво почесал подбородок:
— Честно говоря, не помню. А что, это идея! Махнем куда-нибудь вместе на твои каникулы?
— У меня другие планы, — отрицательно по¬качала головой Лера. — Мы с Наташкой хотим съездить куда-нибудь. В Питер, например.
— Поедешь в Питер со мной! — не унимался папа.
— Отстой! Что я буду с таким стариканом де¬лать целыми днями?
— Я тебя в Эрмитаж свожу по городу погуля¬ем, — мечтательно произнес Андрей Василье¬вич. — Ты в школу, кстати, не опоздаешь?
— Времени еще вагон.
— Ну так покорми отца, а то я от голода и прав¬да, как ты говоришь, копыта отброшу.
Лера заглянула в холодильник.
— Есть только колбаса, хлеба нет.
Отец отрезал колбасы и, жуя на ходу, напра¬вился в душ. Лера достала пачку с кукурузными хлопьями и, высыпав горсть себе в ладонь, с тос¬кой посмотрела вслед папе.
— И зачем я вообще про отпуск заикнулась? —
вздохнула она.
За завтраком Женин папа еле сдерживал гнев.
— Ты уже собралась в школу? — грозно спро¬сил он у дочери.
— Не успела...
— Что там собирать? Книжки покидала и впе¬ред. Если ты пытаешься тянуть время, не помо¬жет. Я все равно пойду в школу с тобой.
— Может, не надо? — взмолилась Женина мама. — С этими учителями сегодня поскан-далишь, а завтра они ребенку оценки будут занижать.
— Пусть только попробуют. Я их школу по кирпичику разнесу. — Папа отшвырнул вилку. — Это же надо до такого додуматься! Взять двести долларов на репетитора и истратить на какую-то чушь... Зачем тебе синтезатор этот понадобился? В гостиной вон роскошное пианино стоит! Рок-группа у них! Устроили из школы цирк-шапито... Я вот узнаю, кто эту вашу самодеятельность при¬думал. Музыкантша!
Женин папа нервно потряс головой и вышел в коридор. Женя побежала за ним.
— Пап, ну давай ты не пойдешь, пожалуйста!
— Нет, я пойду! И пусть тебе будет стыдно. — Владимир Петрович со всей силы дернул шнурок ботинка, и тот оторвался.
— Я тебе деньги верну, все триста долларов, — жалобно продолжала Женя. — Я заработаю.
— Вернет она! — ухмыльнулся отец. — А поче¬му триста? Ты два занятия прогуляла? Или три?
— Два. Просто мне не хватало, и я у Ани еще сто долларов в долг взяла. — Женя грустно опус¬тила голову.
— Да мы так с тобой по миру пойдем! — вос¬кликнул папа Жени. — Я этот синтезатор про¬дам, хоть часть денег верну. А лучше все! Лиза,срочно пиши объявление и расклеивай по райо¬ну. Понятно?
Женина мама взволнованно кивнула.
В учительской педагогический состав школы во главе с директором готовился к совещанию. Пока все рассаживались, Савченко хмуро пере¬бирал бумаги, лежавшие на столе. Оторвавшись от бумаг, он обвел взглядом собравшихся:
— А где Елизавета Матвеевна?
— Как всегда бюллетенит, у нее мигрень, — отозвалась алгебраичка Борзова.
— Ладно, тогда приступим, — пробурчал Сав¬ченко. — Дамы и господа, я хотел бы обсудить ряд организационных вопросов. Первый — о приня¬тии в штат психолога, вы с ней уже знакомы. Это Яна Ивановна Малахова, она проводила в нашей школе тесты.
— Николай Павлович, неужели психолог в штате — такая необходимая единица? — снова подала голос Борзова. — Не лучше ли разделить выделенные на это деньги среди имеющегося состава? Неужели мы сами не справимся?
— Не лучше, — остановил ее Савченко. — И мы уже не справляемся: успеваемость падает, проблемы растут. Психолог поможет нам раз-
грести всю эту кашу. И потом, весь прогрессив¬ный Запад...
— Но мы с вами не на Западе! — возразила Терминатор.
— И очень жаль, — вздохнула со своего места химичка Каримова.
— Прекратите! — повысил голос директор. — Решено: со следующей недели Яна Ивановна приступит к своим обязанностям. Переходим к следующему вопросу. Я считаю, что нам необхо¬димо вводить факультативы, увеличивать вне¬классную нагрузку. Нам не хватает прогрессив¬ных методов в вопросах воспитания молодежи. Я предлагаю ввести в старших классах факульта¬тив, что-то вроде полового просвещения...
— В чем же вы собрались их просвещать? — ухмыльнулась биологичка Кац. — Поверьте, они знают все это лучше нас.
Директор покачал головой:
— Факультативу быть, и точка. Людмила Федо¬ровна, попрошу вас внести этот предмет в сетку расписания.
— Николай Павлович, а кто же будет ответ¬ственным за этот, с вашего позволения сказать, факультатив? — продолжала Кац.
— А вот вы и будете, — улыбнулся Шрек. — Мне кажется, данный предмет напрямую относится к вашему профилю. Первое занятие сегодня, успе¬ете подготовиться?
— А если ученики откажутся посещать за¬нятия?
— Сделаем факультатив добровольно-прину¬дительным. А прогульщикам двойки.
— Представляю глаза родителей, — с сарказ¬мом заявила Борзова. — Двойка в дневнике, не готов к уроку полового воспитания. Что же ты забыл, сынок?!
Савченко попытался было возразить, но тут дверь учительской с грохотом открылась и на пороге возник Женин папа. Он пропихнул дочь в кабинет и зашел вслед за ней.
— Совещаетесь? — громко спросил он. —Я вот тоже хочу посовещаться.
Директор еле справился с эмоциями:
— Вы кто? И кто вам дал право так врываться?
— Имею полное право, как возмущенный ро¬дитель, — заявил Владимир Петрович, подходя ближе к Савченко. — Я требую объяснений по поводу музицирования. И не уйду отсюда, пока их не получу.
Физрук Степнов мгновенно понял, чего хочет Женин папа, и произнес:
— Ну, наконец-то... дождались!
— А, Виктор Михайлович, старый знакомый, — повернулся к нему Владимир Петрович. — Опять вы?
Савченко замахал руками:
— Товарищи, остальные вопросы решим в следующий раз. Попрошу всех, кроме Виктора
Михайловича, освободить кабинет.
Пока учителя медленно выходили в коридор, Степнов подошел к Жене:
— Алехина, я же просил принести справку от
родителей...
Женя стояла молча, не зная, что сказать, и смотрела в пол.
— Вы к ребенку не цепляйтесь, — наскочил на физрука ее папа, — она еще несовершеннолетняя. А вы взрослый человек и никак в ум не возьмете, что в ее возрасте главное — учиться.
— Конечно, заприте ее дома, пусть света бе¬лого не видит, — возмутился Степнов. — Она же должна со сверстниками общаться.
— Пусть общается, есть масса времени на пе¬ремене. А насчет того, чтобы закрыть ее дома, — спасибо за идею.
— Пожалуйста. Я всегда поражался, откуда вы, такие тираны, беретесь. Вы бы хоть иногда у нее самой спрашивали, чего ей хочется.
— Нечего у нее спрашивать, — буркнул Владимир Петрович. — Пока она находится на обеспечении у родителей, будет делать, что ей говорят.
К спорящим мужчинам подошел Савченко:
— Извините, что вмешиваюсь, господа. А что вы от нас-то хотите?
— Я хочу забрать инструмент, — заявил Же¬нин папа. — И надеюсь, Николай Павлович, что вы проследите за тем, чтобы моя дочь близко не
подходила к этому мюзик-холлу. Иначе мне при¬дется обратиться в высшие инстанции.
— Виктор Михайлович, удовлетворите тре¬бование родителя, — попросил директор, — и
закончим с этим.
В спортзале Степнов вытащил из подсобки синтезатор и шмякнул на пол перед Жениным папой.
— Попрошу вас бережнее, вещь не ваша, —
попросил тот, грозно глядя на физрука, — попор¬тите товарный вид, а мне еще его продавать.
Владимир Петрович вынес клавиши из зала, Степнов ушел вслед за ним, оставив рыдавшую в углу Женю в одиночестве. Через несколько минут в зал влетели девчонки-«ранетки» и принялись успокаивать подругу.
— Жень, ты не переживай, — начала Лера, — но вообще жесть...
— Он правда их продаст, — всхлипнула Але¬хина, — он матери сказал, чтобы объявления по району расклеила.
— Не реви, что-нибудь придумаем, — ободри¬ла ее Аня.
После урока математики, где Борзова снова свирепствовала, Аня и Женя отправились в сто¬ловую. Женя плюхнулась за стол и со скорбным лицом уставилась в одну точку, а Аня принесла компот и тарелку с булочками.
— Спасибо, я не хочу, — грустно сказала Же¬ня, глядя на булки.
— Ну и зря. Очень вкусные! — заявила Аня. — Настроение от них сразу поднимается, так что мне тоже не помешает. Когда меня Борзова к до¬ске вызвала, я думала все: конец света. До сих пор не понимаю, как пронесло.
— Мне бы твои проблемы, — вздохнула Женя.
В эту минуту у Ани зазвонил телефон, на ди¬сплее высветилось «любимый папочка». Откашляв¬шись, девушка ответила официальным голосом:
— Здравствуйте.
— Привет. Как дела? — сказал Анин папа, не заметив, что что-то не так.
— А тебе не все равно?
— Что-то случилось? — взволнованно спросил Михаил Алексеевич.
— Да, ты нас бросил! И знаешь... не звони мне больше, я знать тебя не хочу. — Аня выключила телефон и посмотрела на удивленную Женю. — Родаки поссорились, отец дома не ночует. Мама считает, что, если я не буду с ним общаться, он быстрее вернется. Отцовские чувства, все такое...
Снова зазвонил мобильник, но Аня сразу от¬ключила его.
— Ты теперь презираешь меня, да? — вдруг спросила Женя.
— Почему? — Аня непонимающе посмотрела на одноклассницу.
— Потому что я и тебя обманула, и родителей. Они дали мне двести баксов на репетитора, а я их на клавиши потратила, да еще и у тебя взяла. Просто мне так хотелось играть вместе с вами... Прости меня, а? Я тебе обязательно все отдам. Вот устроюсь на работу и с первой зарплаты сразу...
— Ладно, работница, — улыбнулась Аня, — от¬дашь долг в рассрочку. Без процентов.
В это время Лера и Наташа переодевались в физкультурную форму. Завязав шнурки на кроссовках, Наташа достала из сумки расческу и случайно выронила фотографию. Лера под¬няла фото — на нем был изображен Маркин на скейте.
— Хорош, — улыбнулась она и протянула фо¬тографию подруге. — Держи своего любимого. Ты его теперь всегда с собой таскаешь?
— Я вообще не в курсе, как она сюда попала, — растерянно сказала Наташа, пряча фото.
Лера махнула рукой:
— Расслабься, я все понимаю: любовь-морковь. Как он там, кстати?
— Не знаю, — грустно сказала Наташа. — Я звоню, но у него телефон выключен.
— Не парься, подруга. Игорь Ильич же сказал, все с твоим Ромео нормально, жить будет. Лежит небось сейчас в палате, в потолок плюет. Ника¬ких тебе уроков.
— Лерка, неужели ты такая черствая? Разве тебе его не жалко? — дрожащим голосом спроси¬ла Наташа. — Он так с этой горы летел, я думала, что насмерть.
— Ну ты совсем со своим Маркиным с ума сошла. — Лера покрутила пальцем у виска. — Я тебя подбодрить хотела, пошутить пыталась. Правильно говорят: влюбленная женщина и чувство юмора — вещи несовместимые. Ладно, пойдем на физру. Еще несколько уроков, и уви¬дишь своего ненаглядного. Только интимной встречи не получится — ребята из класса тоже решили Антона навестить.
Девочки вышли из раздевалки и наткнулись на физрука, который прикреплял объявление к двери. Закончив, он отошел, чтобы полюбоваться своим творением.
— Красота. Вам надо было не в физкультур¬ный, а в художественный идти, — заявила Лера, подходя поближе. — Что это у нас тут? Баскетбол с тысяча сто седьмой? Сегодня?
— Ага, полуфинал на приз района, — кивнул Степнов и посмотрел на Лену. — Кулемина, выручай. Нужен твой баскетбольный талант. Стратегически важная игра... Феоктистова ногу подвернула, без тебя кранты.
— Да я сто лет не тренировалась нормально, — развела руками Лена.
— — Так, меньше слов, больше дела. Иди форму
примерь.
Лена скрылась в подсобке и через пару минут вышла оттуда в майке на три размера больше своего.
— О, зашибись, Лен, — засмеялась Лера, — ты можешь штаны снять, и типа платья будет.
— Ничего, зайдешь в кабинет труда, ушьешь по бокам, — посоветовал Виктор Михайлович. — Мы же не на конкурс красоты пойдем. Главное — вера в себя и удача!
— Если что, мы за Кулемину отомстим, — уве¬ренно заявила Лера.
В конце учебного дня десятиклассники толпи¬лись в кабинете биологии в ожидании первого факультатива по половому воспитанию. Те, кому не хватило мест за партами, сидели на рюкза¬ках в проходе. Кто-то болтал, Лера разгадывала кроссворд. В класс вошла Зоя Семеновна Кац с ворохом бумаг. Семенов скривился:
— У-у-у, опять теория. Это мы и так знаем, нам бы практики.
— Практика, наверное, на следующем уроке будет, — вставил Платонов. — Как на ОБЖ: раз читаем, раз стреляем.
Биологичка споткнулась, бумаги упали на пол, и она нагнулась, собирая их.
— Смотрите, а вот и наглядные примеры по¬шли, — прыснул Семенов.
— Идиот! — Аня встала и начала помогать Кац собирать бумаги.
— Смотри, как за пятерку выслуживается, — шепнула Семенову Рита Лужина.
Справившись с бумагами, Зоя Семеновна по¬дошла к доске и написала на ней тему занятия: «Половое созревание».
— Давайте следующую тему, мы уже созре¬ли! — выкрикнул Семенов.
— Ты уверен, что достаточно осведомлен? — спросила Кац, в упор глядя на него. — Тогда про¬шу к доске.
Семенов неохотно поплелся к доске и встал ря¬дом с ней, смущенно улыбаясь.
— Ну, что же ты? Стесняешься? — спросила биологичка.
— Вот еще... Просто думаю, с чего начать.
— Начни сначала. Первичные, вторичные поло¬вые признаки — мы это по анатомии проходили.
Семенов продолжал молча улыбаться, класс засмеялся.
— Садись, Семенов, — вздохнула Кац. — Есть еще желающие выступить?
— Вот, Прокопьева хочет всему научиться, — Семенов, сев на свое место, кивнул в сторону Ани, — она даже целоваться не умеет, надо про¬светить.
— Отвали, Семенов, — ответила Аня.
— Наташка, стукни его чем-нибудь, чтобы за¬молчал, — попросила Женя.
Наташа сердито посмотрела на Аню и, отвер¬нувшись, махнула рукой:
— Пусть сами разбираются.
Женя удивленно уставилась на Аню:
— Наташка какая-то странная. Вы что, поссо¬рились?
— Все нормально, просто она не хотела вме¬шиваться, — спокойно сказала Аня.
После факультатива друзья Маркина остались в классе биологии.
— Ну что, все желающие навестить Антона в сборе? — спросила Лера.
— Надо только сначала в магазин зайти, купить чего-нибудь, — напомнила Наташа. — Я у мамы спрашивала, она сказала, что лучше фрукты и соки, минералку можно...
— Как обычно — авоська с апельсинами, — пояснил Южин.
— Он же не язвенный больной, — улыбнулся Семенов, — ему все можно!
— Ты такой умный! А то, что у него сотрясение еще, забыл? — накинулась на него Наташа.
— Что вы спорите, только зря время теряем, — перебила их Лера. — На месте разберемся. Жень, ты идешь?

— Не-а, мне отец приказал сразу после школы домой. Он даже расписание переписал, — груст¬но сказала Женя.
— Не переживай, я тоже не пойду — у меня соревнования, — утешила ее Лена.
— А ты пойдешь? — спросила Женя Аню.
Аня оглянулась на Наташу и, поколебавшись,
сказала:
— Да-
— Ну тогда передавай Маркину от меня привет.
Ученики высыпали во двор и направились в сторону больницы. По дороге Лера рассказывала Наташе о своей проблеме:
— Прикинь, мне отец задвигает, что на канику¬лах хочет со мной куда-нибудь поехать. Я в шоке, что теперь делать? Я ему говорю, что мы с тобой в Питер намылились, а он ни в какую. Заело че¬ловека.
— Ему же тоже скучно, с кем ему еще ехать? Найди ему друга, а еще лучше подругу. Надо пе¬реключить его внимание.
— А что, неплохая мысль. Надо попробовать, — улыбнулась Лера. — А ты чего такая мрачная? Из-за Антона переживаешь?
— Нет, — буркнула Наташа, — не понимаю, что Прокопьевой здесь надо? Ей заняться не¬чем? Чего она с нами пошла?
— Ладно тебе, Натаха, она ведь тоже пере¬живает.
— Дома пусть переживает...
Антон лежал на кровати в палате и тоскливо смотрел в окно, когда дверь заскрипела и вошел Гуцул.
— Здорово, друган. Как ты тут? — Он присел на край кровати и пожал Маркину руку. — Что врачи говорят? Жить будешь?
Антон вздохнул и отвернулся к окну.
— Тоха, прости, это я виноват, что так вышло.
— Да нет, ты тут ни при чем. Случайность...
— Случайность — это то, что я в команду Яка попал, — тихо сказал Гуцул, глядя в пол. — Ты ведь отличный скейтер! Як сказал, что взял бы нас обоих в команду, просто хотел посмотреть, на что мы спо¬собны по максимуму. Так что мы еще покатаемся.
— Я свое уже откатал, — буркнул Антон, про¬должая смотреть в окно.
Гуцул замешкался, не зная, что ответить, но его молчание прервали ребята, целой толпой вва¬лившиеся в палату. Они с радостными воплями накинулись на Маркина.
— Привет, Антошка, как голова? — спросила Лера.
— У него там кость толще моей, — заржал Се¬менов и ткнул пальцем в гипс на ноге Антона. — Ничего себе прикид, солидно!
— Надо тебе на гипсе расписаться, мы так в пионерском лагере одной девчонке делали, — улыбнулась Лера.
— Что он тебе, девчонка? Ты ему еще сердечки нарисуй, — пробурчал Семенов.
Лера обернулась и заметила сидящего в сторо¬не Гуцула.
— О, привет, Игорек!
— Привет. Я уж думал, вы меня не заметили.
— Сам понимаешь, все внимание больному. — Наташа театрально поправила Антону подушку.
— Извини, что я здоровый, — саркастично от¬ветил Гуцул. — Ладно, Тоха, я пошел.
Выходя из палаты, Гуцул заметил Аню, скром¬но стоящую позади всех.
— Здравствуй, снежная королева!
— Привет, — грустно сказала Аня, не спуская глаз с Наташи и Антона.
— Не грусти, растаешь, — улыбнулся Гуцул и неожиданно чмокнул Аню в щеку. — Вечером
позвоню. Он вышел, и Антон проводил его недобрым
взглядом.
— Маркин, что ты сидишь букой? — окликну¬ла его Лера. — Мы к тебе всей душой, уроки вот не делаем, все бросили.
— Может быть, человек устал. И вообще ему покой нужен, у него сотрясение, — сказала На¬таша.
— Слушай, а хочешь, я тебе ноутбук принесу, хоть в игрушки порежешься? — предложил Южин.
— Мне пока нельзя ни телик, ни коми, даже книжки читать запрещают.
— Кстати, тебе Кулемина привет передава¬ла, — сообщила Лера. — Она сегодня играет в баскетбол против тысяча сто седьмой. Ой, мы же обещали прийти ее поддержать. Не обижайся, нам пора, но мы к тебе еще придем!
Все потянулись к выходу, а Аня скромно подо¬шла к Антону:
— Выздоравливай скорее. И еще привет тебе от Женьки.
Аня тоже ушла, а Наташа принялась разбирать сумки с продуктами. Еле упихав в тумбочку не¬сколько килограммов апельсинов, она заботливо подоткнула Антону простынь и присела на кро¬вать. Маркин не отвечал, он все еще смотрел в окно, как будто не замечая Наташу.
— А у нас сегодня Савченко отчебучил — ввел обязательный факультатив по половому воспи¬танию. Его Кац ведет. Сегодня был первый урок. Семенов, как обычно, выпендривался. — Наташапристально смотрела на Антона, но тот не реаги¬ровал. — А еще мне отец вчера звонил.
Маркин повернулся к подруге:
— Сам позвонил? И чего?
— Ничего, я трубку бросила.
— Почему?
— По кочану. — Наташа вздохнула. — Он столь¬ко лет не хотел, а теперь я не хочу.
По дороге домой Женя заметила на столбе объявление о продаже синтезатора и сорвала его. На соседнем дереве висело такое же, но с оторванным номером телефона. Содрав все лис¬тки, которые ее мама так тщательно расклеивала с утра, Женя добралась до дома. Как только она зашла в квартиру, зазвонил телефон, и девушка бросилась к трубке.
— Алло?
Женина мама вышла в коридор и заметила, что
дочь отключила телефон.
— Кто это был?
— Ошиблись номером. — Женя вместе с теле¬фоном направилась в свою комнату.
— Опять врешь? Хорошо еще, что отец не
слышал.
В этот момент входная дверь открылась — Же¬нин папа вернулся с работы. Мама бросилась его
встречать.
— Ну, как дела? — поинтересовался Владимир
Петрович, снимая пальто.
— Нормально. Женя уроки делает, а я целый день объявления развешивала у нас в районе.
— Что-то я не заметил ни одного, пока шел до¬мой, — произнес отец, заходя в кухню и кидая на стол перед Женей газету с объявлениями. — До¬делаешь уроки, ознакомься. Будешь долги перед подругой сама отрабатывать.
Лиза открыла дверь Михаилу Алексеевичу и обняла его:
— Привет, я соскучилась. Раздевайся, проходи скорее.
Анин папа снял пальто и прислушался: из ком¬наты доносились музыка и веселые голоса.
— У тебя гости?
— Пойдем, тебе все будут рады. — Лиза прак¬тически втащила его в комнату, где сидели не¬знакомые люди. — Знакомьтесь, это Миша. А это мои близкие друзья.
Один из мужчин встал и протянул Аниному папе руку:
— Илья Галицкий, поэт...
— Очень приятно, — натянуто ответил Ми¬хаил Алексеевич, слабо пожимая руку Галицкому. — Извините, но я вас покину.
Он прошел в кухню и устало опустился на та¬буретку. Через несколько секунд вбежала Лиза и села рядом с ним.
— Ты что, обиделся?
— Нет.
— А почему сбежал? Тебе не интересны мои друзья?
— Я просто очень устал. — Михаил Алексеевич
провел рукой по лбу.
— Но это не очень вежливо, — заметила Лиза.
— Знаешь, я, пожалуй, пойду. Лиза жестом остановила его:
— Не уходи. Я все поняла. Я сейчас их выгоню. Она ушла в комнату, и через некоторое время в
коридоре послышались голоса, а потом хлопнула входная дверь. Лиза зашла в кухню:
— Все ушли... Ты голодный?
— Честно говоря, да. — кивнул Анин папа.
— Там, по-моему, ничего не осталось, но мы можем заказать пиццу.
— Я не люблю пиццу. Ты прости, я, наверное, не должен был приходить вот так, без звонка. Просто я как-то не ожидал, что ты будешь не одна.

— Не извиняйся, — ласково сказала Лиза, при¬обнимая его. — Если честно, я даже рада, что так получилось, они уже начали меня утомлять.
— Но твои друзья, наверное, обиделись? Глупо
как-то вышло...
— Не думай об этом, со своими друзьями я уж как-нибудь разберусь. Есть проблема посерьез¬ней — тебя ведь надо чем-то накормить.
— А давай просто попьем чаю, — улыбнулся Михаил Алексеевич.
Пока Лиза заваривала чай, он заметил на сто¬ле какую-то книгу и взял ее в руки. На обложке
была дарственная надпись: «Любимой Лизоньке от забытого ею поэта». Заметив, что Анин папа смотрит книгу, Лиза забрала ее у него из рук.
— И кто этот забытый тобой поэт? — спросил
Михаил Алексеевич, продолжая рассматривать
обложку. — Галицкий! Этот неприятный тип!
— Мне кажется, мое прошлое не должно тебя волновать. — Лиза обняла Аниного папу, но он встал, словно собираясь уходить. — Я просто не
хочу об этом говорить, эта тема мне неприятна.
— Мне тоже, — хмуро произнес Михаил Алек¬сеевич.
— Хорошо, это тривиальная история. Я увлек¬лась поэтом, который в жизни оказался баналь¬ным прозаиком,
— Если вы расстались, зачем он приходит?
— Говорит, что ему необходимо хотя бы из¬редка видеть меня, чтобы черпать вдохновение, иначе он не может творить.
— Теперь ему придется черпать его в другом месте, — заявил Анин папа.
— Ты мой Отелло. — Лиза кокетливо улыбну¬лась и поцеловала его.
За ужином Анина мама выглядела беспокойной.
— Он сегодня звонил? Аня кивнула.
— А ты что?
— А я не брала трубку.
— Ирина Петровна вздохнула.
— Мам, а как вы с папой познакомились? Ты никогда не рассказывала.
— Я училась в архитектурном, а он пришел к нам преподавать. Аспирант! Молодой красавец! Все девчонки сразу начали охоту. А у меня его внешность вызывала подозрение: мужчина не должен быть красивым.
— Ну ты же тоже красивая! — недоуменно сказала Аня.
— Я — женщина. В общем, я совершенно не об¬ращала на него внимания, училась. А потом мы по¬ехали на картошку, разговорились, подружились. Мы могли разговаривать часами — у него тогда был роман с моей однокурсницей Мариной Краснощековой, даже не роман, а так, она просто бегала за ним, и я даже подумать не могла, что между нами может быть что-то, кроме дружбы. А потом он при¬гласил меня к своему другу встречать Новый год. Я думала, там будет Марина, а он представил меня всем как свою девушку. Я удивилась...
— А потом? —нетерпеливо спросила Аня.
— Потом,.. Какая там учеба? Сплошная лю¬бовь! А как твой мальчик поживает?
— Какой?
— Ну, с которым ты в скейт-парк ходила. Как его зовут?
— Антон. Только он, к сожалению, не мой. — Аня тяжело вздохнула.
Ну и хорошо! Будешь больше об учебе ду¬мать. Все эти романы сейчас ни к чему. Вот вы¬растешь, найдешь себе человека...
Аня снова вздохнула и, войдя в свою комнату, взяла в руки гитару, села на кровать и наиграла печальную мелодию. Она больше не пойдет к Антону. Зачем? Чтобы опять строить из себя простую девчонку из параллельного класса и на¬блюдать, как Наташа ухаживает за ним? Навер¬ное, Лера права — зачем им мешать. Но почему он пошел ее провожать тогда, если у него есть девучяка? А еще этот Гуцул... Поцеловал ее, как будто они сто раз уже целовались. Что подумал Антон? Хотя ему, наверное, все равно.

При копировании материала обязательна ссылка на наш сайт




 
Форум » Книга Ранетки » Книга 2.Все только начинается!(Н. Зарочинцева) » Глава 1
Страница 1 из 11
Поиск:

by Simraneto4ka 2009-2011